Семь романов о России столетней давности

Составители подборок исторических романов по большей части ворошат старую добрую классику, в то время как многие новинки на эту тему тоже достойны упоминания. Для своего обзора я выбрала книги, которые выходили более-менее недавно: самая ранняя из них ― «Неизвестность» Алексея Слаповского, изданная в 2017 году, большинство же опубликованы в последние пару лет. Понятно, что в один обзор нельзя вместить все романы современных писателей, стоящие прочтения, ― хотя бы потому, что слишком велик разброс по времени: от, допустим, завоеваний Чингисхана до событий августовского путча в 1993 году или даже болотных протестов, которые уже тоже стали историей. Поэтому выборка здесь сужена до одного из самых бурных и трагических периодов нашей страны ― первой половины двадцатого века, военной и революционной эпохи. В этих книгах страна показана глазами самых разных героев: неграмотных крестьянок и обнищавших аристократов, участников продразверстки и голодных беспризорников, комиссаров-большевиков и казаков-белогвардейцев. Так что, если хотите прочесть новый и интересный исторический роман российского автора про жизнь отдельного взятого человека в декорациях бурной эпохи, ― ищите его в этой подборке.

АЛЕКСЕЙ СЛАПОВСКИЙ,  «НЕИЗВЕСТНОСТЬ» 

Эта книга охватывает ровно сто лет — с 1917 по 2017 год, и ни одна рецензия не обходится без упоминания о том, что автор назвал свой текст романом века. «Неизвестность» — это шкатулка, доверху набитая письмами и другими бумагами, относящимся к нескольким поколениям одной семьи, так что роман века можно именовать еще и семейной сагой. Автор использует целую вереницу различных жанровых форм: это и дневники, и письма, и интервью, и протоколы. Добавляет пестроты постоянно меняющаяся манера речи рассказчиков. Один пишет полуграмотно и даже комично, второй сыплет газетными лозунгами и клише, отскакивающими от зубов, третий путается и завязает в словах в силу ограниченности сознания. Что-что, а скучать при такой постоянной смене рассказчиков не приходится. Дед, отец, сын, внук, правнук, праправнучка — всех по очереди заносит в самые яркие и, как правило, ужасные события XX и XXI века. Про первую половину столетия, впрочем, рассказывается подробнее, чем про вторую. Мы видим двадцатый век глазами маленького человека, которого поток жизни стремительно несет вперед и безжалостно бьет о камни истории. А уж куда его вынесет — узнают потомки.

Алексей Слаповский. Неизвестность. Роман века. 1917-2017. АСТ: Редакция Елены Шубиной, 2017


ЕЛЕНА ЧИЖОВА, «ГОРОД, НАПИСАННЫЙ ПО ПАМЯТИ»

Елена Чижова в своих произведениях часто обращается к истории, тесно переплетая ее с личным и эмоциональным. «Город, написанный по памяти» многие считают мемуарной прозой, но сама Чижова открещивается от такого ярлыка, и называет роман попыткой реконструкции семейной истории и осмыслением судьбы Петербурга XX века. Это роман-расследование, собственных воспоминаний здесь не так уж много, только детские, а основной массив текста — художественно отработанные воспоминания родителей о четырех поколениях петербуржцев, которые вместе с городом пережили самые трагические моменты его существования: гражданскую войну, сталинские репрессии, блокаду. О времени блокады роман рассказывает особенно пронзительно, без прикрас и умолчаний, без попыток представить жителей города безупречными героями в сияющих доспехах — ведь истинныйгероизм кроетсяне в показном самоотречении. Четыре поколения — и десяток разных судеб, каждая из которых может быть типична не только для жителя Петербурга, но и для любого человека двадцатого века. Кто-то стремится выбиться в люди из необразованной глубинки, кто-то отчаянно цепляется за разваливающийся быт, кто-то идет вперед сквозь сопротивление времени. Сама Чижова в этом переплетении голосов истории — связующее звено, венец выживания в сумрачной и самобытной Северной столице. Если хотите прочитать хороший роман про любовь к своему дому, людям и культуре, это определенно «Город, написанный по памяти».

Елена Чижова. Город, написанный по памяти. АСТ: Редакция Елены Шубиной, 2019


НАТАЛЬЯ СОЛОВЬЕВА, «НА БЕРЕГУ ТЬМЫ»

Героиня романа «На берегу тьмы» — необразованная крестьянка, которая спасает от гибели барина. Это первый шаг, который сбивает ее с дорожки, проторенной сотнями тысяч женских крестьянских ног. Могла бы и дальше гнуть спину в поле, рожать детей с малыми шансами на выживание, тянуть лямку до последнего и слышать о революции и войнах только краем уха. Но Катерина ищет свой путь. Если вы любите плотную эмоционально-насыщенную прозу и интересуетесь женской эмансипацией в России двадцатого столетия, «На берегу тьмы» Натальи Соловьевой — ваш роман.

Автор обращается к крестьянскому быту, собирает этнографический материал и снабжает текст приметами времени: заговоры, гадания, суеверия, традиции. Даже язык отчасти стилизован под непривычную скороговорку времени. За мелодраматический сюжет «На берегу тьмы» можно было бы считать развлекательным чтением, но историческая фактура мешает — язык не поворачивается называть развлечением роман, в котором герои проходят через войны, лишения и репрессии. Впрочем, мрачную историю России здесь уравновешивают добрые чувства героев — любовь, преданность, искренность. Надо сказать, это хороший противовес.

Наталья Соловьева. На берегу тьмы. АСТ, 2020


СЕРГЕЙ САМСОНОВ, «ВЫСОКАЯ КРОВЬ»

Исторический роман, который естественным образом вливается в стан новой русскоязычной классики. Легко представить на полке рядом с Бабелем или Шолоховым.

Сергей Самсонов. Высокая кровь. Эксмо: Inspiria, 2020


ЮЛИЯ ГАНЕЦКАЯ, «НАС ВОЙНА СОЕДЕНИЛА»

Двадцатый век — грандиозная махина, которую рассмотреть можно только с далекого расстояния, да и то ― видеть мы будем крупные черты, а не мелочи вроде отдельных человеческих жизней. Юлия Ганецкая в романе «Нас война соединила» с одной стороны стремится показать первую половину прошлого столетия в ее основных, глобальных проявлениях ― Первая мировая, революция, голод, погромы, война с Гитлером, сталинские репрессии. А с другой ― в частностях, маленьких человеческих судьбах. Причем в судьбах не «новых» людей, а бывших ― героев из дворянских семей, отмененных и покинутых родной страной. Как их закрутил водоворот исторических событий? Что они чувствовали и переживали? Смогли ли сохранить себя такими, какими их воспитала ушедшая эпоха? На эти вопросы отвечает роман «Нас война соединила». 

Провинциальная дворянка проносит любовь через годы войны и страданий. И если ее чувства яркие и незамутненные, то о мире вокруг нельзя сказать ничего подобного. Кровопролитная гражданская война, бывшие друзья сходятся в сражениях, некогда близкие люди становятся бесконечно далекими друг от друга. И как только в этом аду намечается передышка, как грядет еще большее зло — Вторая мировая.

Мы часто слышим выражение «роль личности в истории» и представляем себе при этом исключительно известных людей: полководцев, правителей, революционеров. Но личность «обычная», незаметная — тоже часть истории, не менее важная, чем любой генерал. Потому что именно «обычные» ценности ― любовь, дружба, семья ― помогают двигать историю вперед. Юлия Ганецкая своим романом это подтверждает.

Юлия Ганецкая. Нас война соединила. Издательские решения, 2021


СОФИЯ СИНИЦКАЯ, «СИЯНИЕ «ЖЕМОЖАХА»

Не всегда о серьезном нужно говорить серьезно. Иногда разудалая фантасмагория может подсветить страшное куда ярче, чем тихий замогильный тон. Именно так написано «Сияние «Жеможаха» Софьи Синицкой — три повести об околовоенной России двадцатого века, которые соединяются в единое полотно, короткий роман об исторической памяти. Насыщенный метафорами и языковой игрой текст не сразу воспринимается, как что-то связанное с реальной историей. Мы видим и анекдоты, и жития святых, и рассказы о пионерах, и просто абсурдистские зарисовки. Но нашу историю можно переосмыслять как угодно, необязательно с пафосом и придыханием. Страшная сказка, которой никогда не могло быть в реальности, способна рассказать об этой самой реальности очень много, если за нее берется настоящий мастер. 

Три повести ― о репрессиях, Великой Отечественной войне, ГУЛАГе, гибели маленького человека в бурном историческом море. И при этом — феерия, буффонада, лубок, гротеск. Удачный выбор для расширения читательских горизонтов и понимания, что справиться с трагедией иногда помогает абсурд и смех сквозь слезы.

София Синицкая. Сияние «Жеможаха». Лимбус Пресс, 2020


ГУЗЕЛЬ ЯХИНА, «ЭШЕЛОН НА САМАРКАНД»

Гузель Яхина уже завоевала место под солнцем своими кинематографическими сюжетами о частных жизнях внутри большой истории. Новый русскоязычный роман «Эшелон на Самарканд» не стал исключением: из голодающего Поволжья начала двадцатых годов прошлого века отправляется эшелон, везущий в эвакуацию беспризорников. Их манит солнечный Самарканд, где еда растет прямо на улицах, хлебные запасы никогда не иссякают, а живительный воздух способен поднять на ноги полумертвого. Как раз такие полумертвые детишки в эшелоне и собрались, и если вы очень чувствительны к страданиям, то за книгу беритесь с изрядным запасом бумажных платочков. Гузель Яхина безжалостна к своим персонажам так же, как была безжалостна к ним жизнь. Эшелон ведут двое полубезымянных «товарищей» — начальник поезда Деев и комиссар Белая, ни одного имени, только фамилии-позывные. Человеческое имя не важно, когда бороться за выживание нужно со звериной свирепостью. Деев так и делает, резонируя с собственной фамилией. Вопрос только в том, сумеет ли он сохранить человечность и рассудок на этом бесконечно долгом пути из голода и страдания в мечту и спасение. Второй важный вопрос — а что будет дальше, когда они до этой мечты доберутся?

Яхина поднимает из небытия неудобные вопросы, которые мы давно уже оставили вне нашего круга внимания, обращаясь к чему-то более масштабному. Но история — не всегда движение огромных махин. Иногда это пара ладных сапог и вяленая рыбина.